Пока не ушел последний солдат

Канули в лету 10 лет афганской войны. Войны, на которую уходили солдаты, сержанты, офицеры, прапорщики, рабочие и служащие Советской Армии «...в целях оказания интернациональной помощи дружественному афганскому народу, а также создания благоприятных условий для воспрещения возможных антиафганских акций со стороны сопредельных государств...», но были втянуты в тяжелую кровавую войну, с которой возвратились живыми не все... Проверку войной в Афгане прошли в свое время и люди самой мирной профессии, дарующие здоровье и жизнь — врачи, медицинские сестры, фельдшеры. За период военных действий в Афганистане, выполняя врачебный долг, погибли 46 офицеров медицинской службы. Своими воспоминаниями делится В.Рябоконь, член правления Красногор-ского районного отделения МООО ВООВ «Боевое братство».

Кто-то из классиков сказал, что каждый солдат видит войну из своего окопа. Моим «окопом», как и моих коллег, военных медиков, стали медсанбат и полевой госпиталь. Я проходил службу в Афганистане в 1984 году врачом анестезиологом-реаниматологом в составе медобъединения медицинских соединений 40-й армии в звании майора внутренней службы.
Одной из моих задач было усиление операционных бригад анестезио-логической реанимацией при одновременном поступлении большого количества раненых из районов боевых действий. Работал в северном Афганистане: Кабуле, Баграме, Северном Кундузе, Пули-Хумри. А это постоянные перелеты над районами боевых действий в медсанбаты и госпитали.
...Медсанбат в Северном Кундузе. Большой поток раненых, которых доставляли вертолетами с поля боя. Не хватало медицинских сестер, поэтому работали подготовленные бойцы-санинструкторы. Врачей тоже не хватало. В палатке три операционных стола, и для них один анестезиолог.
На первом столе — молодой офицер с тяжелым ранением лица, ног, с большой потерей крови, болевым шоком, пострадавший от минного взрыва. На несколько секунд я даже растерялся — в Союзе у меня таких пациентов не было, — но быстро собрался. Интубация трахеи, перевод на искусственную вентиляцию легких аппаратом, комплекс противошоковых мероприятий, наркоз, одновременная работа сразу двух бригад. На других столах — раненые полегче. Не помню их имена, но хорошо помню, что они были спасены.
И таких эпизодов множество. Наши медики буквально вытаскивали людей с того света после тяжелейших ранений, увечий и болезней.
С момента ввода войск и до той минуты, пока последний советский солдат не покинул Афганистан, военные врачи вели колоссальную работу, спасая жизнь и восстанавливая здоровье тысяч наших солдат.
...Смерть, кровь, грязь, жара, морозы и бесконечная череда боевых действий. Конвейер смерти крутился без перерыва и выходных, так что работы военным медикам хватало с избытком. Недаром корифей военно-полевой хирургии Н.Пирогов дал определение войне как травматической эпидемии.
Насколько было тяжело? Мой друг, писатель Николай Прокудин (в Афганистане — замполит батальона 180-го полка 108-й дивизии), автор самой реалистичной трилогии об Афганской войне «Вернуться живым», при встрече как-то сказал, что самым трудным для него были не боевые рейды, а посещения своих раненых сослуживцев. Больше 10–15 минут не выдерживал. А мы, медики, были с ними 24 часа в сутки.
Но та война показала и другое: военно-медицинская служба стала, пожалуй, единственной структурой, проанализировавшей и внедрившей в повседневную практику афганский опыт. Именно благодаря афганскому опыту обеспечения эвакуации раненых, эшелонирования медицинской помощи по этапам и создания выездных бригад врачей-специалистов для оказания помощи при массовом поступлении тяжело раненных непосредственно в зоне выполнения боевой задачи, военным медикам удалось спасти сотни наших солдат и офицеров в Чечне.

Фото из архива В.РЯБОКОНЯ.